10:20 

Седов. дневник

Черногривка_коняшка
8 день. 18 июня, среда
С утра солнце, ветер 5 м/с, идем под парусами. Ждем парусного аврала на перебрасовку (ветер сменил направление) после завтрака. Потом собираемся на фок, а ночером - на рулевую вахту с Жанной с 24-00 до 4 утра.
Сегодня старший боцман Николай Михалыч провел нам экскурсию по музею, рассказал про разные экспонаты – он сам активно занимается сбором и пополнением экспозиции – многое из истории корабля он знает не по книжкам и документам, а по собственному опыту. Чувствуется, что корабль для него не просто работа, а настоящий дом, детище, любовь и дело всей жизни.
Еще мы заклеили фок. Надо сказать, суеты и страшилок было гораздо больше, чем работы. Мы так готовились, так собирали накануне народ, проводили переговоры с парусным мастером и учились боцманскому шву. (Это вообще отдельная песня: боцман фока Митрофаныч сказал, надо сперва зашить боцманским швом, потом заклеить – чтоб надежно было, но учить нас шву отказался, только поддразнил, нарисовав, как он должен выглядеть, и послал к парусному мастеру. Мы пооткрывали рты, пытаясь догадаться, как же можно сделать то, что на рисунке, и побежали по указанному адресу.) Игорь нам показал шов, после чего Никита выпросил у него нитки-иголки-парусинку и сидел в мастерской на парусе шил. А мы еще пошли заручиться поддержкой плотника – у него нужно было взять фанеру с дырочкой, на которой надо было разложить парус ровно, гладко, без складок и перекосов, чтобы заплатку аккуратно приклеить. Плотник обещал фанерой поделиться. Но, поскольку размеры фанеры заранее были не известны, фанеру надо было брать после замеров дыры на парусе. И дырочку не забыть просверлить. (Дырочка в фанере нужна, чтобы продеть в нее веревочку и привязать к кому-нибудь на пояс, дабы она не спланировала с рея еще кому-нибудь на голову. Митрофаныч сказал, фанера имеет чудесное свойство планировать совершенно непредсказуемо и убийственно, учитывая ее вес и высоту рея). Но это еще вечерняя подготовка была. Утром суеты было не меньше. Началось с того, что Митрофаныч заочно вступил в конфронтацию с Игорем, а мы (я в основном) бегали, как Печкин между Матроскиным и Шариком, и передавали ответы. Митрофаныч считал, что нужно шить и клеить. Игорь сказал, либо шить, либо клеить. Я побегала туда-сюда, в конце концов Игорь сказал: кто у нас тут парусный мастер?! И на этом спор закончился. Решено было клеить. Тут встали мы перед Митрофанычем, как Сивки-Бурки, он сосчитал нас и возмутился: трое! – накануне обещали человек 8-10 собрать! Фок же надо распустить, а потом закатать. Кто закатывать будет? (Самый выразительный взгляд достался мне – ни роста, ни силенок, Жанна – та еще парням фору даст, и еще Сашка-гельминтолог – тоже спортивный парень, но всего трое!) А где народ, вчера же оббегали всех? Сашка побежал собирать, привел кучку мужиков вполне достойных и Машу мне в пару. В результате компания получилась вполне. Митрофаныч с подозрением поглядел на нас (кажется, кроме Жанны, все были чужаки – с 1 и 2 грота, ему не знакомые, что от них ждать?) и потребовал надеть полные альпинистские страховочные системы. Мы дружной толпой отправились на капитанский мостик за системами. На мостике на нас выпучили глаза, спросили, а боцман разрешил? мы сказали, да, а как же, конечно, только велел страховки взять. На всех страховок не хватило, двое пошли в поясах. Митрофаныч лично проверил, правильно ли затянуты страховки. Наконец дал добро.
Поднялись мы наверх, распустили середину правого фока, дыра оказалась точно у меня под руками (у нас девушки позиционировались в качестве умных командных голов, а остальные – в качестве полезной рабочей силы.) Померили дыру со всех сторон, проверили, как идет долевая нитка и уток относительно дыры, объяснили Маше на палубе, которая побежала к Игорю за заплатками и фанерой. Очень быстро Маша поднялась к нам с фанерой и заплатками, мы все несколько раз померили, разгладили, приложили, состыковали, еще раз приладили-разгладили, выдохнули (только что не перекрестились) и приклеили заплатку. Все получалось так подозрительно просто, что мы ожидали подвоха. Вторую заплатку надо было приклеить с другой стороны паруса, его для этого надо было перебрать и «вывернуть наизнанку». Этого боялись больше всего, но парус вывернулся очень просто, и заплатка приклеилась даже еще легче, потому что уже все было разглажено и состыковано первой заплаткой. Осталось только укатать обратно фок – это тоже должно быть страшно, но опять же получилось легко и быстро. Жанна нами очень эффективно проруководила, укатали так, что стало лучше, чем раньше. Спустились страшно довольные, хотя немножко обескураженные, что все оказалось так легко и быстро.
Потом еще до обеда покрасили часть лебедки у нас на 1 гроте. На всю, правда, краски не хватило, новую нам выдать отказались, потому что обед и адмиральский час, а потом дождь пошел.
Черногория встретила неприветливо: море серо-черное, небо серое, берега черно-серые. Одно слово – черногория.
Еще сегодня был парусный аврал. Укатывали верхние и нижние марсели.
Я тоже полезла укатывать. Предполагалось начать с верхнего марселя, я ждала своей очереди на ванты в хвосте, с расчетом оказаться ближе к мачте, где легче укатывать. Но народу на верхнем марселе набилось столько, что нам места не хватило, поэтому мы пошли на нижний и оказались на самом ноке – там надо сперва вытащить боковую шкаторину, растянуть ее к мачте, потом вместе со всеми вытаскивать нижнюю, а с нока парус плохо вытаскивается, там угол к низу прикреплен, он тянет все остальное вниз, чем сильнее его вытянешь наверх, тем лучше.
Ну, не так страшно все там оказалось, вытащили мы на пару с курсантом боковую шкаторину и висели, ждали, пока к нам сверху народ спустится – вдвоем-то парус не укатаешь. Наверху народ трудился, снизу им курсант подкидывал сезневки (курсант длинный, он там чуть не до рея рукой доставал), а верхний нок болтало ветром на метр туда-сюда над нашими головами. Постепенно народ стал к нам подтягиваться, укатали парус, пошли вниз. И тут дождь начался – такие крупные решительные капли – одной достаточно, чтобы рей под руками стал страшно скользкий. Прямо так страшно скользкий, что пока я добралась по пертам до мачты, у меня руки стало сводить от напряжения. Балясины на вантах тоже выглядели скользко, но я очень старалась побыстрее спускаться, потому что внизу старший боцман Николай Михалыч и Саша – наш старший матрос – внимательно следили за последними-отстающими и интересовались, все ли в порядке, а чего это мы там так долго. (На самом деле, если ты с нока идешь, то первым никак не спустишься – народ же впереди, возможно они что-то другое имели в виду, но сидя на рее и совсем не имея опыта, сложно оценить происходящее в целом и понять, где ты косячишь.)
Когда я спустилась на палубу, налетел шквалистый ветер и дождь разошелся всерьез. Мы успели вовремя. А вот фоковцы еще минут пять торчали на нижнем марселе. Можно им было только посочувствовать, глядя, как их там болтает и поливает. На палубе радостные туристы, укутавшиеся в плащи, с камерами прятались от косого ливня за штурманской рубкой и снимали погоду.
В общем парусный аврал удался. Никита поснимал что-то и записал на диктофон «Парусныйаврал Парусныйаврал Парусныйаврал».
А ночную вахту мы пропустили: «Седов» ночью дрейфовал, у привязанного руля посадили курсантика, а остальных распустили, Жанна пришла за мной в кубрик, сообщила, что там дрейф, мы поднялись наверх (раз уж проснулись и встали), прогулялись по палубе, посмотрели на звезды и пошли спать.

@темы: УПС Седов

URL
   

пустая лужайка

главная